Двойная радость в «Сцене-Молот»

Мар 4 • Жизнь в городе, Театр, Фоторепортаж • 3171 Просмотров • Комментариев нет

22 марта в «Сцене-Молот» будет представлен результат нового лабораторного формата работы — два премьерных спектакля сразу. Это «Фронтовичка» — работа Дмитрия Туркова по пьесе Анны Батуриной и постановка Семена Серзина «У нас всё хорошо» по тексту польского драматурга Дороты Масловской.

Уникальная ситуация двух премьер в один день связана с новым форматом работы театра «Сцена-Молот». Напомним, что спектакли были выбраны к постановке по итогам лаборатории молодой режиссуры, прошедшей в театре в конце января: молодые режиссеры и драматурги вместе с современными художниками поставили эскизы четырёх спектаклей и несколько читок. В результате проведения лаборатории к постановке были выбраны сразу две работы, прозвучавшие наиболее убедительно, задающие разное направление жанру новой драмы. По словам руководства Театра-Театра, «Сцена-Молот» станет более интересной зрителю, если будет представлять публике разные по смыслу и эстетике спектакли. Репертуарная политика театра отныне будет строиться именно таким образом.

Продюсер лаборатории Олег Кленин:

Олег Кленин

Лаборатории всегда разные: это специфика момента. Даже если ты берешь классический материал, результат слияния творческих сил может быть самым непредсказуемым. В результате всегда получается очень специфический продукт. Ни одну лабораторию нельзя повторить. У Олега Лоевского проходит около тридцати лабораторий в год, и все они отличаются друг от друга.

Репертуарная политика большой сцены всегда очень основательна, взвешена, и поэтому нетороплива, ведь она задействует весь ресурс театра. Малая сцена театра — самое подходящее место для экспериментов. Рисковать и быть более быстрым можно как раз на таком небольшом пространстве. Работа идёт оперативно: сегодня мы закончили лабораторию, а завтра уже репетируем те спектакли, которые «состоялись» в лабораторной пробе.

Олег Лоевский, куратор направления драматургии:

Олег Лоевский

Театр-Театр и «Сцена-Молот»— идеальные площадки для подобного рода лабораторий, потому что здесь есть понимающее и гибкое руководство и размятая труппа, которая готова идти на любые эксперименты. Наша задача — найти какие-то тексты с интересным новым поворотом. Дело даже не в молодости, а в современности драматургов. Я интересуюсь современностью — тем, что происходит вокруг меня каждый день, каждый час, каждую минуту, как меняется человек в зависимости от тех ситуаций, в которые попадает, как со временем меняется общество, меняется мир вокруг. Всё постоянно меняется, и происходит много нового, мы не замечаем этого, а драматург всё это фиксирует, отражает, описывает, наделяет своими чертами, поскольку он тоже современный человек. Все мы пытаемся обратить внимание театров на то, что реальность интересна, ведь классика тоже как-то по-своему разбиралась с современной ей реальностью.

Оба спектакля принадлежат жанру новой драмы, при этом они предполагают не только различное режиссерское видение, но и принципиально разную драматургическую основу.Например, литературный стиль Дороты Масловской (автора пьесы «У нас всё хорошо») наполнен языковыми ребусами и смысловыми парадоксами, что создаёт на сцене совершенно специфическую, абсурдную реальность. Зритель попадает в гротескный мир, где черты персонажей обострены, а пласты времени наталкиваются друг на друга.

Режиссёр спектакля «У нас всё хорошо» Семён Серзин:

Семен Серзин

У меня был выбор из шести пьес, но среди современной драматургии сегодня не так много пьес, которые тебя действительно трогают: текст Дороты Масловской непростой, и там есть, в чём разбираться.В пьесу вложена насмешка над нашим временем. Самая младшая из героинь, девочка, в определенный момент произносит такую фразу: «У нас же постмодернизм, значит всё можно».Но постмодернизм проходит, а ничего нового не появляется, а то, что уже произошло, мы даже не знаем, как оценить, потому что оно ушло практическибезвозвратно. Девочка в своей комнате смотрит телевизор или сидит в интернете, у неё даже есть образцы для подражания — люди из телевизора, ей кажется, что у них-то точно все хорошо. Она абсолютно не ценит то, что у неё есть, в итоге, она отказывается от родной матери, отказывается от бабушки и говорит, что всё это не её, что она достойна лучшего, в итоге отказывается и от страны, в которой родилась и живёт.

В самом начале пьесы бабушка пытается объяснить девочке цену хлеба, как некоего основания, основы, на которой держится все остальное, но она ничего не понимает. И только в конце, когда её бабушка погибает, она понимает, что это знание навсегда ушло, что его уже нет. Сейчас вырастает какое-то поколение, которому ничего не нужно, ничего не хочется.

Жанр этого спектакля напоминает абсолютно бессмысленное перелистывание каналов телевизора. Автор пьесы доводит это момент до абсурда, выводит в гротеск все эти супермаркеты и все то, что нас обложило со всех сторон. По сути, жизнь в пьесе разделена на жизнь по разные стороны экрана, это апофеоз абсурда. Три поколения женщин по одну сторону экрана, гротескные образы из телевизора — по другую.

Если дословно переводить название пьесы с польского, то получится фраза «Между нами есть добро», а не «У нас всё хорошо».Возникает совсем другой смысл. Это пьеса про взаимоотношения людей, поколений, про абсолютное отсутствие желания людей видеть, слышать друг друга и понимать. Но, несмотря на это, пьеса подразумевает позитивный финал и настрой.

Простая по сюжету история, рассказанная Анной Батуриной (автор пьесы «Фронтовичка»), напротив, знакомит нас с тем мужественным поколением, которое прошло Великую Отечественную войну. В центре истории находится женщина-фронтовичка, выстраивающая свою новую жизнь в мирное время — период потери ориентиров, требующий от человека решения новых задач. Спектакль интересен тем, что переосмыслить военное и послевоенное время берутся довольно молодые люди — драматург и режиссёр, знакомые с ним только по советским фильмам и фронтовой прозе.

Режиссер спектакля «Фронтовичка» Дмитрий Турков

Дмитрий Турков

Пространство спектакля — некий цех, который абсолютно враждебен всему живому и поэтическому, холодное, колючее пространство, в котором не прорасти деревцу. И актрисе нужно сделать так, чтобы это пространство преобразовалось в сознании зрителей в более приветливое и пригодное для жизни. Будем искать ход для того, чтобы создать поэзию в этом пространстве.

Если исходить из оригинального текста пьесы, то жанр спектакля должен был быть ближе к бытовому. Но мы будем стараться от этого отойти, оставляя обстановку на уровне условного обозначения, давая зрителю лишь намёк на то, где происходит действие.Мне не хотелось придуманности. Для меня важна именно главная героиня, она центр тяжести, вокруг неё все построено. Пространство спектакля – это и есть её восприятие мира, он был враждебен ей всегда, а она старалась в нём не утонуть.

Любое время, независимо от того, застали мы его или нет, мы можем почувствовать через наш опыт. Есть некий способ сконструировать ситуацию исходя из опыта: можно представить, что мы моемся, а люди не могли себе этого позволить;можно представить чувство голода, которое нам знакомо, хоть и не в той мере, в какой людям тогда. Это способность погружаться в ситуацию.

В историческом контексте я выбираю именно то, что влияет на персонажа. Наша героиня воевала, и это сформировало её. В ней есть и определённая индивидуальность, исключительность. С женщиной на войне может произойти что угодно: это общие вагоны, мужчины вокруг, это грубое время. В спектакле я веду эту линию: как постепенно из дикарки она приобретает свою женственность.

Первый результат работы в новом формате будет презентован пермской публике в ближайшее время — обе премьеры состоятся 22 марта в 19.00 и 21.00.

Материалы предоставлены пресс-службой «Театр-Театр»

Фото — Алексей Гущин

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

РЕКОМЕНДОВАТЬ ДРУЗЬЯМ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

« »

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: