Как снять квартиру и не сойти с ума

Фев 15 • Жизнь в городе, Личный опыт • 2275 Просмотров • Комментариев нет

Лидия Скорнякова уехала из Перми в Екатеринбург почти два года назад и заимела за это время космических масштабов опыт по переездам и поискам крыши над головой. Специально для Рыбы – история об умирающих старушках, безликих комнатах и прочих жилищных мытарствах на грани достоевщины.

До переезда в другой город «квартирный вопрос» меня никогда не беспокоил: я жила в квартире, любезно предоставленной мне родителями, и очень смутно представляла себе, что такое аренда жилья. С приездом в «столицу Урала» всё перевернулось с ног на голову.

Для начала скажу, что переезд мой не был лишён флёра романтической истории, и первые пару-тройку месяцев в городе я жила с парнем (и его родителями). Однако вскоре романтика исчерпала себя, и я оказалась – нет, не на улице, – в гостиной у своих давних знакомых; впоследствии им предстояло стать моими близкими друзьями, ибо бок-о-бок с ними я прожила месяцев, хм, почти пять.

Изюминка этого фрагмента моей екатеринбургской жизни была в том, что поначалу я жила на балконе

Квартирка была маленькая, мои друзья и их ребёнок занимали обе комнаты, но, помимо меня, у них в гостях периодически задерживались и другие замечательные люди. Когда в первый же день моего пребывания в гостиную «вписалась» молодая пара с полуторагодовалым (и очень активным) ребёнком, я сочла, что балкон – самое прекрасное на данный момент место; за окном было лето, и я прожила там пару месяцев, пока не похолодало. С проводами «бабьего лета» простыла, и меня переселили в гостиную (молодая пара съехала аккурат как день или два).

По неопытности, первое своё жильё я искала мучительно и долго. И, в итоге, остановилась на «двушке» по цене однокомнатной в спальном районе в двухэтажном доме полубарачного типа (не путать с «барочным»). Вода в той избушке была, но на этом её достоинства заканчивались. Дом находился в аварийном состоянии и в месте с интригующим названием «татарский двор», хотя татар там было не больше, чем в каком-нибудь ином виденном мной районе Екатеринбурга. Двор этот представлял собой занятное место: там располагались детсад, школа, до жути грязная общага-малосемейка, дешёвый отель сомнительной репутации, котельная и несколько невнятных магазинчиков.

Квартирку там я сняла из-за низкой цены и абсолютной уединённости этого места; к тому же, деревья за окном и во дворе обещали мне цвести и благоухать по весне, а летом создавать приятную зеленоватую тень и шелестеть в открытые окна ветром. Но, только успев отмыть хату от предыдущих жильцов, обжившись и почти подружившись с соседями, я вынуждена была съехать.

Дальше меня волею судьбы занесло сначала на окраину Екатеринбурга в сляпанный на скорую руку новострой, где самой пришлось вешать люстру, закупать мебель и обставляться по мелочам, типа полочек в ванной – что впоследствии и стало причиной конфликта с хозяйкой. А после раздобревшая Фортуна вселила меня в элитную однушку в самом центре города, откуда я доходила до универа всего за полчаса (раньше на дорогу уходило не меньше часа).

Разомлев от свалившегося на меня счастья, я провела в той квартире более полугода, но всё хорошее, как известно, заканчивается

И вот тут началась хрестоматийная чехарда. Надо заметить, что к тому моменту моё привычное финансовое состояние мне несколько изменило, и я решила снимать комнату, а не квартиру. Кроме того, при мне была моя кошка, и этот нюанс не облегчал задачу: хозяева ох как не любят людей со зверьём!

В процессе поиска «своей» комнаты я успела связаться с очаровательной парой риелторов-лесбиянок, которые нашли мне чудную комнатушку с евроремонтом у самой вокзальной площади (20 минут до университета). Я заплатила им за услуги, уговорилась обо всём с хозяйкой и поехала собирать шмотьё, но оказалось, что вещей у меня минимум квадратов на 10, а в комнате было всего 8 и плюсом диван на нескольких из них.

Деньги у девочек я забрать постеснялась и на дальнейшие поиски отправилась сама. Они привели меня в квартиру лежачей бабульки, отказывающейся отвечать на вопросы о возрасте (врач скорой помощи проворчал, что она уже лет 20 отвечает им своё «пишите 80!»). Съезжать мне надо было срочно, и поэтому я приняла все условия бабки: ничего в комнате не трогать и не переставлять («Вот кровать – на ней спишь! На вторую вещи складёшь. А за столом можешь есть, но лампу не включай!»), не пользоваться электроприборами без разрешения (а это – плитка «Мечта», самовар «Олимпиада-80», телевизон «Сапфир» и радиола «Ригонда»; последняя стояла в моей комнате, где впоследствии я нашла также пылесос). В отведённой мне комнате ремонта и – главное – уборки не было с момента смерти мужа престарелой кокетки, а это случилось почти 35 лет назад. До меня же там жили сплошь выходцы из ближнего зарубежья, не утруждавшиеся даже снимать обувь. Поэтому первую заповедь той квартиры я нарушила, не раздумывая.

Оценив масштабы катастрофы и повторяя, словно мантру, «всего 15 минут до университета!», я заплатила бабке за месяц и принялась за уборку

Трое суток с утра до ночи драила всё, до чего дотянулась. Мыть было скучно, и я решила настроить радиолу, которая при включении стала приятно потрескивать – тут-то и случилось чудо! Бабушка, которая 5 лет как лежала, ничего не слышала, не видела и почти не говорила, встала, доползла по стеночке до моей двери, обеспокоенно бормоча «Должна же я увидеть, что у неё трещит!» и, узрев плоды моего каторжного труда, недолго думая, выставила «негодницу»-меня вон, вернув, однако, большую часть денег. Я почувствовала неимоверное облегчение, вырвавшись на свежий воздух морозной ночи, и даже «зажатых» старухой пятисот рублей не было жаль.

Следующие дней пять я провела в бесконечном обзвоне интернет-объявлений. Посмотрев ещё одну старушечью хатку, напоминающую то ли музей (очень много антиквариата и старья), то ли затхлый склеп (нечем дышать в спёртом от чеснока и пыли воздухе) и, понимая, что съезжать всё-таки надо быстро, я согласилась на вариант в центре, но в проходной комнате; поехала смотреть.

Меня встретила девушка-хозяйка, живущая там же; ухоженная блондиночка на несколько лет меня старше. Она произвела впечатление милого, во всех отношениях положительного человека – такое же примерно чувство вызывала и квартира: аккуратная, прибранная, гладенькая, чистенькая, евро-ремонт, «плазма», шкаф-купе – что ещё надо для счастья?! Диван и стол также наличествовали. Подумав, что, быть может, мы с хозяйкой даже станем приятельницами, я, не обращая внимания на томящее беспокойство, заплатила требуемую сумму и пошла домой. Вещи были собраны, все разговоры договорены, и мне оставалось только вызвать такси и, погрузив баулы и чемоданы, отправиться прямиком в новую жизнь. Однако в следующие три дня я не выходила из дома, валялась на кровати и смотрела бессмысленные американские фильмы, не делая ровным счётом ничего.

Посреди второй части «Дневника Бриджит Джонс» я внезапно осознала, что не могу вспомнить ни одной детали комнаты, которую сняла

Не могу вспомнить черт её хозяйки. Я поняла, что мои дни, проведённые в том выверенном до пустоты пространстве будут такими же неприметными и ускользающими. Я проживу там сотни три вечеров, ни одного из них не заметив. Девушку-хозяйку я потом вряд ли узнаю, встретив в метро. На меня нахлынула такая тоска, что я уткнулась в подушку и зарыдала.

Наутро я сразу же позвонила девушке и извинилась. Тем же вечером нашла ей другую соседку, а она вернула мне деньги. И — я снова подвисла в состояние неопределённости. За последние пару недель мытарств с жильём я порядком устала, однако проблема никуда не делась. Очередной день я провела в прострации, валяясь в апатии и полудрёме.

Решение нашло меня само. Мне позвонили с номера, по которому я звонила неделю назад в надежде, что комната, расположенная центральнее некуда, по сумасшедше низкой цене станет моей, и не дозвонилась. Теперь, порядком удивлённая, я слушала молодого человека на том конце трубки, который рассказывал мне, что комната — в старом доме, что там, вроде как, коммуналка, что нет холодной воды (течёт она слабой струйкой), стиральной машины нет, ремонта нет, хозяйка – и в этом вся суть – его родная бабуля, которой не нравятся все, кого он ей приводил и… Всё это шло мимо меня, потому что сердце моё билось часто, и всё во мне замирало при мысли об этом месте. Не долго думая, я уломала парня показать мне комнату в тот же день, хотя на дворе была темень, а на часах приближалась ночь.

Текст и фото — Лидия Скорнякова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

РЕКОМЕНДОВАТЬ ДРУЗЬЯМ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

« »

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: