Не радужная жизнь

Апр 24 • Жизнь в городе, Интервью • 338 Просмотров • Комментариев нет

В этот раз Рыба поговорит о весьма щепетильной теме, которую многие предпочитают обходить стороной. Мы пообщалась с несколькими представителями ЛГБТ-культуры, чтобы поделиться их историями.

Нажмите, если вам больше 18 лет »

Опираясь на слова Президента и Конституцию РФ, можно с уверенностью заявить, что гомосексуалисты, трансгендеры и транссексуалы в бывшей стране советов никак не дискриминируются. Однако, если вспомнить слова министра иностранных дел Сергея Лаврова, то можно четко обрисовать реальный взгляд властных структур на положение меньшинств: «Россия должна иметь возможность защищать общество от гомосексуалистов», — такими словами был прокомментирован закон о «запрете пропаганды гомосексуализма».

По одной из версий, основанием для появления указа стал кризис рождаемости, почему и были приняты меры, которые могли бы огородить подрастающее поколение от всего, что не ведет за собой воспроизводство населения. К примеру, от гомосексуального секса. Но, если пролистать информационные порталы и заглянуть в статистику, можно понять, что сексуальным меньшинствам сейчас не просто приходиться молчать о своих предпочтениях. Их права, по данным сводной таблицы прав ЛГБТ, серьезно редуцированны: право на жизнь и безопасность (базовое право гражданина РФ, являющееся первым пунктом в Конституции) нарушается, право на неприкосновенность частной жизни нарушается, право на справедливое судебное разбирательство нарушается, права на образование, труд, усыновление, брак – нарушаются. По сути — это легализация дискриминации на законодательном уровне, нарушающая право на свободу выражения мнений, ведущая к легальному притеснению ЛГБТ-граждан.

Но сейчас речь пойдёт не о законах и политике. Мы хотим рассказать, как на самом деле живут, работают и учатся люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией в Перми. Для этого мы поговорили с тремя представителями ЛГБТ о том, как складывается их жизнь с момента осознания себя. По просьбе наших героев все имена были изменены.

Екатерина (23 года)

Ее каминг-аут случился пять лет назад и был весьма прозаичным: родители увидели переписку с девушкой из Перми, имеющую весьма определенную направленность. По закону жанра, каждое передвижение Екатерины стали контролировать, тщательно сортируя окружение. Семья нашей героини весьма религиозна, и, естественно, что устаревшие нормы, четко вписанные в систему восприятия, не позволили родителям принять ориентацию дочери. Вскоре девушка решилась на побег. Первое время она, как и многие в похожей ситуации, моталась по квартирам друзей и знакомых, позже нашла работу, сняла комнату и начала осваиваться в нашем городе. Родители, по словам девушки, так ей больше и не звонили, а последнее, что она слышала от них: «Если не вернешься – мы от тебя откажемся».

— Как вообще тебе далось принятие себя? В каком возрасте ты это осознала?

Мне было лет 15 или 16. Принятие далось тяжело и проходило достаточно долго. Сами понимаете, родители, живущие в маленьком городе, имеют достаточно заскорузлые понятия о правильном и не правильном. В общем, религия и семейные ценности пропагандировались постоянно, отец даже заставлял молиться перед едой, на Крещение, естественно, отстаивали службу в храме, купались в проруби. Мне сначала было противно от самой себя, просила Бога мне помочь, но в итоге бросила это дело, когда появилась девушка по переписке. Она объяснила мне, что иногда бывает и так. И я успокоилась.

— А побег? Ты жалеешь, что тебе так пока и не удалось увидеться с семей?

Сказать откровенно, меня сейчас больше злоба гложет. Моя собственная семья отказалась от меня, потому что я не такая, какой должна была быть по их мнению. Я не хотела бы сейчас видеться с родителями, потому что снова слушать проповеди о богохульстве и блуде мне надоело.

— Как думаешь, почему родители так отреагировали?

Религия и совковские устои, которые в них прямо таки вросли. Все новое, что появляется на пути таких людей, начинает отрицаться. А ещё пожалуй чрезмерная религиозность, которая не позволила им меня принять. Жаль, что от этого страдает так много людей.

Дмитрий (20 лет)

Дмитрий — коренной пермяк. В этом году он заканчивает колледж. На одной из ЛГБТ-вечеринок молодой человек познакомился с мужчиной. Влюбившись, стал постоянно рисовать его образ. Это заметила мать и рассказала отцу. Из дома сын ушел со скандалом. Через три дня родители позвонили и велели возвращаться с условием, что тема его ориентации больше подниматься не будет. В день своего восемнадцатилетия Дима открылся друзьям, большинство из них остались рядом. Тем не менее, в колледже первое время то и дело начинались стычки, но в конечном итоге, все нормализовалось. Сейчас молодой человек мечтает уехать в Екатеринбург, чтобы начать работать по специальности.

— Почему именно Екатеринбург?

Потому что этот город больше, а в большом городе меньше следят за чужой личной жизнью. Да и гей-сообщество там сильнее развито, здесь даже сходить толком некуда.

— А родители как относятся к твоим планам?

Отец думает, что я собрался ходить там по клубам и постоянно менять партнеров. Он просто насмотрелся бредовых новостей в интернете и теперь постоянно мне тычет какими-то фактами, которые там вычитал.

— Полагаешь, что отец так относится к тебе только из-за новостей?

Новости и политика, мне кажется. Если бы они не так много внимания обращали на гомосексуалистов, то никто бы не ринулся против них бастовать. Жили же мы все как-то до этого закона о «запрете пропаганды гомосексуализма». Никто никого не трогал. Мне вообще кажется, что если бы по телику постоянно нас не выставляли всемирным злом, у нас было бы куда меньше проблем.

Виктория (24 года)

Виктория перебралась в Пермь из Казахстана, откуда ей в срочном порядке пришлось переехать 6 лет назад. Ее жизнь здесь можно назвать стабильной и приятной: постоянная работа, заочное обучение и любимая девушка, с которой они живут вместе.

Вика родилась и росла в большом городе. Ее семья никогда не имела определенных политических или религиозных предубеждений, все было весьма умеренно. Поэтому Виктории было не так проблематично принять свою ориентацию, хоть ей и было на тот момент всего 15 лет. Для себя она решила, что расскажет родителям после совершеннолетия.

Так все и вышло: через месяц после своего 18-го дня рождения она «вышла из шкафа» и это стало точкой не возврата в прямом смысле слова. По словам Вики ссора была грандиозная, но короткая. Буквально на следующий день отношения вернулись в прежнюю канву, тему ориентации девушки родители не поднимали. А через неделю на пятничный семейный ужин пришел коллега отца и его сын Руслан, с которым Вика была знакома с детства.

Ужин шел свои чередом, когда старшие вдруг изъявили желание сходить в боулинг и развеяться. Еще в тот момент девушка должна была задуматься о наличии подвоха: раньше ее родители не оставляли ее наедине с молодыми людьми. Но в тот момент Вика не думала ни о чем плохом. Они с Русланом проводили взрослых и, по предложению друга, отправились смотреть фильм.

Решили включить комедию: свет выключили, колонки Руслан включил на полную громкость. Только кино оказалось совершенно не смешным. Не прошло и 10 минут, как друг детства начал оказывать недвусмысленные знаки внимания, которые совсем скоро перешли в разряд активных действий. Вика сначала растерялась, потом начала кричать, звать на помощь, отбиваться, но Руслан оказался крупным парнем. Девушка просто не смогла отбиться.

Когда вернулись родители Руслан уже ушел домой, а изнасилованная Вика заперлась в комнате. Ближе к ночи она решилась рассказать родителям о том, что случилось, спросить, что делать дальше. Решение о побеге она приняла, когда ее родители ответили, что это их задумка, что это «коррекционное изнасилование» должно было изменить ориентацию Вики.

Они знали, они сами натравили на меня Руслана! Я ненавидела их в этот момент!

Она собрала свои вещи, украла у родителей деньги, чтобы хватило на билеты и первое время, затем пошла на вокзал. В Пермь она поехала, потому что  у нее здесь были друзья по переписке, которые могли ее приютить на время. Сначала она подрабатывала в кафе, где и встретила свою нынешнюю девушку. Прошло три года и они решили жить вместе, Вика сменила работу на более спокойную и поступила в колледж.

— Сейчас тебя можно назвать счастливой?

Да, наверное. У меня есть крыша над головой, дома меня ждут. Но я все еще боюсь мужчин. Сейчас мне приходится ходить к психологу, чтобы избавиться от этой фобии. С ней сложно жить: любой комплимент на улице может довести меня до панической атаки. И об ориентации я больше никому стараюсь не говорить, новых людей избегаю. В остальном все хорошо.

— А твои родители? Они с тобой связываются?

Пытались первое время, а потом я сказала, чтобы они меня не искали, что я не хочу их знать и сменила сим-карту. С тех пор я ничего о них не знаю.

— Как думаешь, что заставило их пойти на это?

Думаю, это было полностью их решение. Их история тоже грязное дело. Отец изнасиловал мать, будучи пьяным. Они тогда молодыми были. После этого я и появилась. Мать рассказала мне все это, когда была пьяна в Новый Год. После это, как сказала мне мать, она его полюбила, ведь он взял ее замуж, как только узнал о беременности. Но я считаю, что он просто побоялся тюрьмы. Так что, люди с искалеченной психикой калечат ее другим.

Олег и Мария (38 и 32 года)

Олег и Марина обычная на первый взгляд пара среднего возраста. Они живут вместе уже около 6 лет, он – водитель автобуса, а она – продает одежду в своей палатке на рынке. У них даже есть 12-летняя дочь от первого брака Олега. И все бы ничего, если бы не обстоятельства, при которых познакомилась пара.

Они встретились 5 лет назад в московской клинике в отделении хирургии. Мария тогда только пришла на консультацию, а Олег делал контрольный визит ко врачу, удалявшему ему грудь. Да, именно грудь. Олег родился Ольгой и, по стечению обстоятельств, прожил в чужом для него женском теле чуть больше 30 лет.

Осознание, что его тело не такое, каким должно было быть для гармонии со внутренним миром, пришло еще в 17 лет. Но тогда, в середине 90-х, было совершенно не до личностных конфликтов, ведь она только что закончила школу, впереди маячили годы учебы в университете.

Так и вышло, она закончила вышку по специальности «бухгалтерское дело», а потом всей семьей по работе они переехали из Екатеринбурга в Пермь. Там же Ольга встретила будущего мужа, они встречались около 4 лет, а потом сыграли свадьбу, на которой Ольга уже была беременна.

И все бы ничего, да только ощущение неправильности происходящего постепенно усиливалось. Поэтому, когда ребенок был отдан в садик, а у матери появилось время на себя, Ольга пошла к психологу. В течении 3-х лет женщина наблюдалась у специалиста по гендерным расстройствам. Окончательный диагноз «транссексуализм», который лечится исключительно операбельно, то есть необходима смена пола, в противном случае психическое состояние женщины ухудшится.

Ольга думала долго. Решение было ответственным, но понимание, что она живет не своей жизнью давило гораздо сильней. И Ольга решилась начать курс гормональной терапии, о чем и рассказала мужу. Но тот не понял. Поэтому супруги решили разойтись. Муж отказался от ребенка на суде, а потому ребенок остался уже с Олегом. Воспитывать помогали родители Олега, которые, несмотря на старую закалку, приняли решение своего ребенка.

Так в 32 года Олег очутился в московской клинике, где ему должны были провести операцию по удалению груди и молочных желез. А ровно через год, вернувшись на контрольную проверку, мужчина познакомился с молодой женщиной, которая, как выяснилось позже – является удачным примером перевоплощения из мужчины в женщину.

Мария родилась Михаилом, в небольшом городке неподалеку от Санкт-Петербурга, а позже вся семья переехала в Балашиху, матери дали место в Москве. Маленького Мишу воспитывали мама и бабушка, отца в семье не было. Он рос обычным ребенком, не считая того, что с девочками играть было интересней, а дома мальчишка тайно примерял мамины туфли на каблуках.

Мысли о расстройстве гендерной идентичности стали приходить в старших классах школы. «Я буквально ненавидела свое тело. Это было ужасно: каждое утро вставать и видеть в зеркале мальчишку, которым я не являюсь. Я не хотела носить эти пиджаки, я хотела носить красивые платья, но никак не могла, сами понимаете. И с каждым днем я все больше ненавидела себя». К окончанию колледжа Мише исполнилось 22 года. Он год отработал электриком на заводе, но не вынес психологической давки. Мать, заметив замкнутое и депрессивное состояние, отправила сына к психологу. А дальше такая же история, как и у Олега.

Свой настоящий пол они раскрыли друг другу не сразу, Олег даже со смехом вспоминает, как они смеялись, когда через неделю, сидя в кафе, они узнали, по какому вопросу каждый из них пришёл в больницу.

Они встречались по мере возможности, но Мария поделилась, что эта была любовь с первого взгляда, чем больше они узнавали друг друга, тем сложнее становилось жить на расстоянии. Как только ей имплантировали грудь, а восстановительный период закончился, женщина переехала к Олегу в Пермь.

Мне было 29 лет, когда я с чемоданами стояла на Перми-2. Помню, как радовалась Ася (дочь Олега), когда я сказала, что приехала к ним на постоянку.

 

— Как насчет свадьбы? Вы хотели бы официально расписаться?

Разумеется! Олег даже сделал мне предложение, сейчас стараемся выбрать дату. Ничего грандиозного не будет, не молодые уже, да и не шибко богатые, но свадьба будет. Я всегда мечтала о белом платье. Вот уж в ЗАГСе выпадут в осадок.

— Не жалеете ли вы о своём решении? Важно ли для вас общественное мнение?

Знаете, все проблемы кажутся незначительными по сравнению с тем, что ты чувствуешь, когда живешь в чужом теле, в теле, от которого тебя воротит. И даже то, что на нас порой косо смотрят во всяких ЖЭКах, совсем не омрачает того, что мы нашли себя и друг друга, смогли построить семью. А работа, ну она нашлась, на жизнь нам более чем хватает, так что все хорошо, что хорошо кончается. Про общественное мнение скажу так: личная жизнь, на то и личная, чтоб о ней никто ничего не знал.

 

Фото — Evan Kirby (www.unsplash.com)

РЕКОМЕНДОВАТЬ ДРУЗЬЯМ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

«

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: