На заре видео, на закате кинотеатров

Май 21 • Интервью, Кинематограф • 504 Просмотров • Комментариев нет

Рыба продолжает цикл статей «Назад в кино» о пермской киножизни 60-90 годов. И сегодня герой публикации Михаил Иванович Баженов, по образованию – киномеханик, а по призванию – новатор.

Михаил Иванович, как и многие предыдущие герои, начинал работать в Пермской области. Он застал не только работу местных кинотеатров под государственным управлением, но и перестроечное время, когда государственная киносеть развалилась.

Будучи человеком, который тонко улавливает перемены в городе, он первым стал «продвигать» видео в Перми. Общаясь напрямую со зрителем, пробивая свои инициативы в чиновничьем аппарате, Михаил Иванович знал, что нужно городу и быстро понял, что точно было не нужно государству.

Вертолетом доставлялись медикаменты, почта и кино

Я в 1979 г. начал работать киномехаником в с. Сенькино. В том же году закончил училище в Энгельсе. Получил профессию «киномеханик». Я был в первом выпуске, который получил специализацию киномеханика с правом работать на автоматизированных киноустановках. Раньше был ручной переход с одного поста на другой (пост – киноаппарат, на который крепится и воспроизводится бабина фильма – прим. автора). Фильм состоит из 8–9 частей (одна серия), каждая по 10 минут. Одна заканчивалась, в правом углу мелькала метка –точка или крестик, например. Простой зритель на это внимание никогда не обращает. А если вы захотите, то обязательно такую метку увидите, когда будете смотреть старые фильмы.

В кинотеатрах на смене работали два человека, одному было трудно сделать переход. Полуавтоматика и автоматика значительно облегчила работу киномеханика. На пленку в местах метки наносилась фольга, с помощью которой подавался сигнал, и автоматически включался двигатель второго поста, открывалась заслонка киноаппарата. Так каждые 10 минут, а зритель в зале, ничего не замечая, продолжал смотреть фильм.

В процессе обучения мы, несколько человек студентов, устроились в Саратове работать учениками киномехаников. Мне в кинотеатре не хватало общения со зрителем, т. к. зрителя я практически не видел. Проекционные окна были высоко, я наблюдал только экран. А мне хотелось узнать мнение зрителей о фильме, какие актеры нравятся, как они играли. И когда я закончил, и по направлению приехал в Добрянку, то сам предложил направить меня работать в сельскую местность. Направили меня в Сенькино, в дом культуры. Хоть это и назывался «дом культуры», но вот как избы-читальни построили в 30-50-х годах, так они домами культуры и остались: крыша текла, здание старенькое, но люди ходили. Зал был в пределах 150 мест, для села весьма неплохо.

Там я не только кино показывал, но и привлекал зрителей: писал рекламу, рассказывал о фильмах, насколько я смог проявить себя в организаторской должности – настолько смог выполнить план. В пределах 60 рублей был план, но 5 коп. стоил билет детский, 20 коп. стоил взрослый, чтобы 60 рублей набрать, по 5 копеек надо детей очень много привести. Но я научился печатать на машинке. Стал печатать рекламки, расклеивать их на колодцах, на магазинах. Был такой фильм «Быть лишним», в общем, среднепроходной, но аннотацию я начал со слов: «После пятилетнего заключения освобождается…». Людям интересно стало, они пришли.

Все кинофильмы расписывались областным кинопрокатом на районы, а район уже распределял дальше по киноустановкам. Кинофильмы доставлялись почтой. Я работал в такой деревне, где при распутице, по весне и осенью, почту привозили на вертолете, в  том числе и фильмы. Это отличный показатель заботы о людях. Жители деревень не были брошены и кино демонстрировалось регулярно.

Видеокассета за месяц работы, видеомагнитофон за годовую зарплату

После армии судьба опять привела меня в кино. В  1985 г. пригласили меня на новое дело – видео. Каждый кинопрокат обязали открыть видеотеку — кинофонд на видеокассетах. Мне было интересно, дело новое. Получили в Москве видеомагнитофоны «Электроника ВМ-12», телевизоры «Рубин», огромные, тяжеленные. Видеотека открылась в помещении кинопроката на Пионерской, 17 , там, где сейчас киносалон «Премьер». Видео активно начало занимать свою нишу в киноиндустрии.

А потом мы открыли видеоцентр на Куйбышева, 9. Трудно решался вопрос по его открытию. Три раза ходили на прием к первому секретарю Горкома партии Валерию Андреевичу Суркину. Записывались на личный прием, а приходили по служебным делам. Сначала нам предложили помещение вино-водочного отдела гастронома (угол ул. Ленина и К. Маркса). Руководство гастронома, конечно, отдавать свои площади, да еще такого отдела, категорически отказалось. Ольга Штраус даже в газете «Звезда» написала статью «Как на чаше весов победила водка», тогда нам предложили помещение клуба садоводов в районе Тополевого переулка, — но мы постеснялись бабушек-дедушек выгонять. И, наконец, дело дошло до общественности – по телевизору, в прямом эфире обсуждались «горячие» городские вопросы. Можно было позвонить и спросить о наболевшей проблеме. Мы, конечно, всех знакомых попросили звонить и задавать вопрос: «Когда в Перми откроется видеоцентр?». Сидим у телевизора, ждем, а вопрос все не звучит. Эфир подходит к концу, председатель Горисполкома поднимает стопку бумаг и говорит: «А вот здесь у нас все вопросы одного типа: о видеоцентре. Видеоцентр будет. Выделим помещение по улице Куйбышева, 9». Сейчас этот адрес всем печально известен «Хромой лошадью», мы были в том же здании, но с торца.

Михаил Иванович на фоне видеотеки в 6 тыс. экземпляров

Михаил Иванович на фоне видеотеки в 6000 экземпляров

У нас накопилось в пределах 6000 единиц фильмов, были две видеокабины для индивидуальных просмотров, был прокат и зал на 30 мест. Кабины для индивидуальных просмотров – помещение, где стояла удобная мягкая мебель: диван, два кресла и телевизор. Видеомагнитофон стоил 1200 руб. по тем временам, если считать, то почти 10 окладов за месяц. Видеокассета стоила в пределах 130 рублей. То есть удовольствие было дорогое, и это я сказал цены только на советскую технику.

В видеоцентр приходили семьями, компаниями. У нас было все очень красиво оформлено – ковровые покрытия, мягкая мебель с подголовничками. Государство выделяло деньги, но очень хитро: были на все лимиты. То есть Госкино выделяло деньги, а купить было невозможно без лимитов, которые выделялись Облисполкомом.  Сейчас это трудно понять, когда такое изобилие товаров, и никто не ограничивает сумму покупки. Но и мы были не промах: с Володей Килиным, нашим инженером, начали искать кооперативы мебельные, нашли в районе Ипподрома. Кооперативу лимиты не нужны были, купили там мягкую мебель. Тогда только начиналась свободная торговля.

Видеоцентр пользовался популярностью, потому что посмотреть можно было фильм по своему желанию, а не по расписанию, которое задает кинотеатр. Прокат позже был тоже популярен, потому что аппаратура начала появляться у народа.

 

Первый состав работников видеоцентра

Первый состав работников видеоцентра

Смутные времена пермского кинодела

Видео развивается в Перми и видеозалы растут, как грибы после дождя. Сейчас около комплекса «Тополя» стоят различные торговые павильоны. Вот на этом же пятачке в 90-е годы стояло два строительных вагончика. В этих вагончиках с ночи до утра демонстрировали фильмы. Билет стоил 1 рубль. Людей в один вагончик запускали, начинали фильм и закрывали входную дверь на замок. С разницей в 15 минут начинали сеанс в другом «зале» — строительном вагоне. Место проходное, много народа из области приезжало специально посмотреть кино. Такие залы кто хотел – тот их и открывал. Показывали только зарубежное кино – боевики, ужасы, эротика. Таких фильмов в прокате не было, поэтому и спрос на просмотр был велик.  Качество фильмов не отвечало никаким требованиям, перевод был только закадровый, одним голосом, картинка размыта, но наш зритель все проглотил за милую душу, вернее за рубль.

А потом один такой вагончик сгорел.

Создали инспекцию по контролю за видеопоказом. В этой инспекции были представители пожарной охраны, СЭС, милиции, общественности. Председателем был Шестаков Георгий Яковлевич, а я был заместителем. Мы ездили в Усть-Качку, Краснокамск, Нытву по жалобам народа. Но карательных мер никаких у нас не было, поэтому комиссию и доукомплектовали. Чтобы открыть такой салон, теперь должно было появиться разрешение.

А потом кино развалилось. Мне кажется, дело в том, что демократия и вседозволенность многими людьми, как равные понятия понимаются. Каждый посчитал, что отдельно он справится лучше, никто над ним не нужен, поэтому кинотеатры потихоньку вывалились из структуры государственного управления. Все отделились, и каждый решал проблему самостоятельно.

Если в 80-х репертуар в кинотеатрах менялся еженедельно. Каждую неделю выходило несколько новых фильмов и сложно было купить билет, то в 90-х залы опустели. Надо было жить или выживать, окупаться.

В вестибюлях кинотеатров стали торговать обувью, мебелью. Когда заходишь в кинотеатр, а там пахнет кирзовыми сапогами, ботинками кустарного производства – кино смотреть уже и не хочется. Кинотеатры массово закрывались. Некоторые директора умудрились продать помещения, прибегая к определенным хитростям. Кинотеатр «Победа» переименовали в «Аквариум», выставили на продажу. Люди, которые читали в объявлениях, что «Аквариум» продается, не совсем понимали, что речь идет о кинотеатре «Победа». Время было сумбурное, непонятное.

Видеотеку пришлось тоже закрыть, т. к. издав очередной документ по контролю за видеопоказом, правительство обязало прокатные организации обеспечить каждую киноленту прокатным удостоверением. Все фильмы закупались официально, на государственные деньги и поставлялись по государственному каналу, из Госфильмофонда, но оказались в одном ряду с «пиратскими» копиями.

Последствия развала индустрии были как в притче: веник в пучке не переломишь, а веточки по отдельности легко ломаются. Возможно, была ошибка руководства кинофикации (в последствии «Пермкино») —  не смогли убедить директоров кинотеатров в том, что одиночное плавание очень рискованно. Можно было  бы создать объединение нескольких кинотеатров.

Один «Кристалл» реанимировали, но уже в частных руках. Не нашлось у государства денег на кино, хотя по доходам в советское время оно было на втором месте, после спиртного.

На смену команде «киношников» советского периода пришли коммерсанты. Но все-таки это другие люди. Изменилось само кино, но оно осталось «важнейшим из искусств», и я верю, что оно будет таковым всегда.


Осознание скоротечности времени возникает вдруг и очень явно, когда понимаешь, что твой мобильный уже больше 10 лет без антенны, а видеокассетами давно никто не пользуется. Зато кинотеатры не умерли под гнетом кризисов, кабельного телевидения и интернет-трансляций. Среди этих «выживших» кинотеатров — «Кристалл», и тот перестроенный. Я бы все кинотеатры назвала «перестроенными»: они претерпели потрясения не только железных свай, фундаментов и крыш, но и внутренние революции, кризисы, взлеты.

Кинотеатры держит и кормит зритель. И в том числе зритель способствовал пермскому «закату» кинопроката, именно к такому выводу приводит меня строчка о кирзовых сапогах. Сапоги, они, конечно, насущно, жизненно необходимы, но на одних кирзовых сапогах юного интеллектуала вырастить трудно. А если в кинотеатрах их продавали, значит, больше ничего зрителю от кинотеатра и не требовалось.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

РЕКОМЕНДОВАТЬ ДРУЗЬЯМ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

« »

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: